Уже стало традицией, что август-сентябрь приносят сюрпризы мировой экономике. В 1998 году произошел дефолт в Российской Федерации, в 2008 году – громкое банкротство Lehman Brothers, — пишет Европейская правда. 

Поэтому достаточно сильный кризис в Турции и одновременный обвал российского рубля в Москве в 2018 году взволновали аналитиков, которые верят в цикличность экономики.

Действительно, турбулентность в сегменте развивающихся рынков – просто-таки сумасшедшая, поэтому вероятность повторения глобального финансового кризиса с десятилетним циклом на этих рынках вполне возможна.

Дурной пример от Эрдогана

Ключевым виновником драмы в Турции стал ее президент Реджеп Тайип Эрдоган. Он довольно живо вмешивался в действия Центрального банка Турции, требуя от него не менять процентную ставку, которая с 2010 года не превышала 10% и долгое время находилась на уровне 8%.

Фактически центробанк перегрел собственную экономику за счет стимулирования кредитования в лире. Расплачиваться за такой «постоянный рост» пришлось уже в первой половине 2018 года.

Сначала турки почувствовали значительный инфляционный всплеск, когда некоторые продукты питания на рынках подорожали примерно вдвое, а официальный темп инфляции в годовом исчислении вырос до 15,9%. Тенденция больше всего ударила по беднейшим слоям населения, а в народе такую ​​инфляцию прозвали «картофельным кризисом».

За июль инфляционные аспекты постепенно сместились к девальвации, поскольку центробанк уже не смог сдержать поток желающих уйти в валюту за счет собственных интервенций. За полгода валютная часть золотовалютных резервов Центрального банка Турции сократилась на 10 млрд долларов, но де-факто на поддержку лиры было потрачено больше. Впрочем, поддержка не была результатной, поскольку на торгах 10 и 13 августа лира дважды пробивала отметку в 7,0/$.

Но настоящая трагедия в Турции развернется в банковском секторе.

Этот бизнес-сегмент получил двойной удар. Сначала тем заемщикам, которые брали кредиты в лирах, банки увеличили ставки с 14-15% до 25-30%, а затем, когда лира пересекла отметку в 7,0, пришла очередь волноваться валютным заемщикам, поскольку за последние 12 месяцев курс доллара к лире вырос почти в два раза.

Да, конечно, гостиничный бизнес и туристическая отрасль, которые привязаны к выручке в долларах, выживут, но процент дефолтов в стране увеличится.

Ничего лучшего, чем обвинить США в собственном экономическом кризисе и призвать население сдавать доллары и продавать золото, власти Турции не придумали. Однако, выходя на публичный конфликт с США, Турция фактически отрезала себе путь к поддержке западного мира, включая МВФ.

Россия готовится к трудным временам

В пятницу 10 августа российской рубль торговался у отметки 68,18 рубля за доллар, а уже в понедельник 13 августа на торгах была пробита отметку в 69 рублей. На наличном рынке рубль за неделю упал почти на 10%.

Фактически обесценивание рубля было вызвано публикацией Белым домом проекта новых санкций против РФ, в которых запрещались операции с российскими государственными ценными бумагами.

Ирония судьбы заключается в том, что стабильность в России в течение последних 5-6 месяцев держалась исключительно на росте цен на нефть, а ее рынок оказался совершенно не подготовлен к росту ставки ФРС, ставки Банка Англии и ставок на развитых рынках.

Сейчас ключевая ставка ЦБ РФ составляет 7,25%, но не так интересен ее размер, сколько тот факт, что с марта 2017 года центробанк РФ игнорировал сигналы ФРС и Банка Англии о завершении эпохи дешевых денег и, систематически снижая ставку, сбил ее с 9,75% до 7,25%. Чувствуется, что к этому аномальному движению ставки приложили руку и политические власти, заинтересованные в оживлении экономического роста.

Рынок хорошо выдерживал это «плевок против ветра», пока в мае-июне нефть колебалась на ценовых максимумах 74-75 долларов за баррель, но после снижения цены до 71 доллара и публикации новых санкций США, которые могут вступить в силу, поведение ЦБ РФ по снижению ставки вопреки мировым тенденциям выглядело наглым и нелогичным.

После того как в Белом доме намекнули на расширение санкций, нерезиденты начали срочно избавляться от российских госбумаг, которые могут попасть под санкции.

С октября прошлого года по июль нынешнего доля нерезидентов на рынке российских госбумаг упала на 33,2%, до 28,2%. По состоянию на 1 июля нерезиденты владели этими бумагами на сумму примерно $30 млрд.

Теоретически отток капитала мог быть погашен интервенцией центробанка. Впрочем, пока ЦБ РФ не спешит тратить золотовалютные резервы, а совокупный отток капитала из страны за первое полугодие составил $17,3 млрд, увеличившись на 20%.

Скорее всего, отсутствие спешки с интервенциями со стороны ЦБ РФ означает, что монетарные власти России прогнозируют более тяжелые времена.

Что с того Украине?

Думаю, что глобальный кризис в нашем регионе начнется только в том случае, если РФ и Турция одновременно будут усиливать эскалацию конфликта с США.

Прежде всего, слабым местом региона остается Турция. Эпицентр возможного кризиса находится в ее банковском секторе, которому иностранные банки заняли более $100 млрд. Золотовалютных резервов хватит, чтобы покрыть панический отток капиталов нерезидентов. Но когда «кризис Эрдогана» будет конвертирован уже в кризис проблемных заемщиков, то центробанк будет атакован не только нерезидентами, но и Минфином Турции, который наверняка захочет спасти какие-то банки.

К сожалению, Турция – не только наш сосед, но и торговый партнер, как, впрочем, и РФ. Вместе эти две страны, по официальным данным, занимают около 15% украинского экспорта.

Но здесь следует учитывать влиятельность Турции в регионе и тот факт, что часть экспорта в РФ из Украины скрывается и идет через офшоры, в том числе и по налоговым соображениям. Поэтому я оцениваю общую долю этих стран в нашем экспорте на уровне примерно 20-25%.

Девальвация турецкой и российской валют будет означать, что наш экспорт там будет дорожать и пользоваться меньшим спросом.

Негативный эффект от девальвации турецкой лиры был усилен и санкциями США против турецких металлургов. Теперь стальной прокат, шедший в США, частично будет продаваться по сниженным ценам в черноморском и средиземноморском регионах. А это уже повлияет на цены и на наш сталепрокат.

Выходом из ситуации может быть постепенная девальвация гривны, для синхронизации стоимости нашего экспорта с докризисными ценами. Есть ли этому альтернатива? Только соглашение с МВФ.

Будущие договоренности с валютным фондом в значительной степени нивелируют негативный эффект от кризисов в РФ и Турции. Но даже в такой ситуации НБУ не стоит опускать курс доллара к гривне ниже 27,0 грн/$.

Комментарии