Автор YouTube-канала “Ходят слухи” Рамина Эсхакзай взяла интервью у убийцы журналиста Георгия Гонгадзе – бывшего начальника главного управления уголовного розыска МВД Алексея Пукача. Оно вышло 15 июля в рамках выпуска о пожизненно заключенных людях. После оглашения приговора в 2013 году Пукач общался с журналистами только в рамках судебных заседаний. Последний раз – 2 июля на пересмотре приговора в Кассационным уголовном суде.

С разрешения Рамины Эсхакзай публикуем расшифровку интервью максимально дословно. Журналистка общалась с Пукачем 2,5 часа, но это были личные беседы. На камеру вошли только 10 минут. Пукач местами говорит несвязно, часто повторяется, на прямые вопросы не отвечает. Как и на судебных заседаниях, в руках держит папку с документами.

– Преступление, которое мне инкриминируют – это тяжкое преступление, а они мне инкриминируют особо тяжкое. А особо тяжким оно стало по новому кодексу 2001 года.

– Нельзя же статью под новый кодекс. Должны судить по старой.

– Убийство по 93 статье стало особо тяжким и переименовали ее в 115, по ней пожизненное не дают. Теперь пожизненное дают по пункту “А”, из корыстных побуждений. А у меня не только нет корыстных побуждений, у меня мотива нет.

Я собрал собрание, не собрание, а совещание. Инструктаж. И рассказал о противозаконной деятельности Гонгадзе, что его противозаконная деятельность – угроза национальной безопасности Украины.

– А у вас есть эти документы?

– Все есть в суде. Что он мародёр, наёмник. У меня свидетелей не допросили. Когда шла война в Грузии, он приехал сюда, женился якобы на украинке, получил паспорт и потом обратно поменял фамилию. Ту девочку, женщину он оставил, бросил.

И, как гражданин Украины, он поехал в Абхазию воевать. Это называется наёмник. Грузины, такие как мой потерпевший, заходили в квартиры, где жили не грузины, а где жили евреи, украинцы, белорусы, и с квартиры выносили все. Знаете, что такое мародерство во время войны? Все разведки работают вне правового поля. Почему Барак Обама, президент Америки, и президент Польши Квасьневский признали, что в Польше и Америке было 10 секретных тюрем ЦРУ? Это незаконно. Такая специфика работы разведки мира. Ты знаешь, что их было двое? Два брата-близнецы.

– Кого?

– Ну как, Гонгадзе. Мама родила двоих [16 декабря 2000 года в интервью “Фактам” Леся Гонгадзе рассказывала, что родила близнецов. Врачи сказали, что один ребенок умер. Тело не показали, никаких записей по этому поводу не делали]. А где второй? Я боюсь, что тут подмена была. Он всю жизни выходил от любовницы, она стояла на балконе и махала ему… Она видела, как он садился в такси, и они прощались на этом. А почему в эту ночь он не пошел, где свет горит? Всю жизнь ходил по одному маршруту, а тут вдруг 16 числа…

– Может, он что-то подозревал…

– Нет. Он хотел, чтобы его забрали и он на этом будет пиариться. Мне адвокаты говорят: мы поедем в Америку и найдем его. Тот человек, который сел ко мне в машину, он мертв. Но кто это был – он или брат? Почему много подставных адвокатов говорят, что мы поедем и найдем его. Почему эксперт сбежал в Лондон? Я на нем не видел украшений [судмедэксперт Игорь Воротынцев говорил, что обнаружил на правой руке покойного украшения: серебряный браслет в виде змеи и перстень]. Ничего на нем не было. Мне [министр внутренних дел Юрий] Кравченко говорил: почему ты не снял ничего? Я не видел, не было на нем ничего. А тут вдруг какие-то украшения. Тут сколько всего невыясненного. Тетрадь, которую я принес Кравченко, она была вся расписана кодами, шифрами, кличками, псевдонимами. Ты должна понимать, что чекисты работают под крышей милиционеров, журналисты под крышей спецслужб, а КГБ не светят себя. Они милиционеров сдают. Но мы не следили во Львове, только в городе Киеве. Какая-то идет политическая игра, уже 21 год. Все знают, что я ремень не носил. Я только в тюрьме надел ремень. А какой это был ремень? Его сняли с потерпевшего. Каким он был – пусть расскажут. Широкий, средний, узкий, какой его цвет, размер, рисунок, какая пряжка. Смотри, никто не обрисовал его. И второе: его не было. Его в жизни не было. В 2005 придумали ремень, а в 2009 придумали еще и пряжку. Говорят, что ты нечаянно надавил пряжку и он умер.

– Смотрите, если, допустим, они придумали…

– Не придумали, нет. Тот человек, на секундочку. Тот человек, которого мы вывезли… Меня же слушали. В день, когда он пришел на конспиративную квартиру иностранных пресс-служб…

– Это вы про Гонгадзе?

– Да-да. У него документов никаких. Ни паспорта, ни удостоверения. Что за журналист, у которого нет образования журналистского.

– Ну может быть.

– Хорошо, согласен. А почему удостоверения нет, документа. Почему он не состоял в Союзе журналистов Украины?

 – Ну можно не состоять.

– У меня могли быть сомнения, что это не он, когда он сел в машину. Ничего при нем не было. Говорят, что было золото и украшения при нем. Но когда он сознался, что он был на конспиративной квартире. Он же признался.

– А где он признался?

– Где? В машине.

– Вам сказал?

– Всем сказал. Он приходил денег взять. Но он говорит, одолжить денег [за день до похищения, 15 сентября 2000 года, Гонгадзе ходил в пресс-центр посольства США, чтобы одолжить денег у своего знакомого, пресс-атташе Питера Савчина. Тот дал Гонгадзе в долг 400 долларов]. А вы как порядочная женщина, девушка, журналист, скажите, кому иностранные спецслужбы денег одалживают. Назовите мне. Вам одалживали?

– А разве вы не вели оперативную съемку?

– Если любой человек Украины идет навстречу с иностранными спецслужбами, это называется шпионаж. Статья 68. Так по этой статье спецслужбы завели дело, не я. Разведка не заводит дело. Нам официально поступило задание, на него и на другого. Через канцелярию. Две экспертизы говорят, что причины смерти установить невозможно. А две под политическим давлением… Уже я просил написать в судмедэкспертизу и выяснить, от чего наступила смерть. От ударов ногой в грудь, сердце, шею или от моих рук и запугиваний. И когда ко мне в суде приходили от КГБ, от СБУ. Потерпевшие и в камерах, и в суде просили, чтобы я пошел с ними на контакт, будет минимальный термин. И Мельниченко просил. Знаете Мельниченко? [Речь идет о бывшем майоре Управления государственной охраны Украины Николае Мельниченко. В 2000 году он вручил лидеру Социалистической партии Александру Морозу аудиозапись разговоров – “кассетный скандал”. На них человек с голосом, похожим на голос Кучмы, отдавал приказ ликвидировать Гонгадзе человеку с голосом, похожим на голос тогдашнего министра внутренних дел Юрия Кравченко. Эти аудиозаписи получили название “пленки Мельниченко]

– Конечно.

– И [правозащитница] Валя Теличенко от имени Мирославы Гонгадзе. Так если я такой урка, так почему Мирослава просит Теличенко, и она меня 10 лет просит, чтобы я пошел с ними на контакт. А я отвечаю: у меня есть офицерская честь, человечность. Человек, который на контакте с кем-то…Я не пойду на контакт. Я не [бывший капитан МВД Виталий] Гордиенко, не  [полковник МВД Николай] Наумец и не [начальник 2-го экономического отдела внешнего наблюдения Александр] Славинский.

Алексей Пукач во время заседания Верховного суда 27 мая 2021 года. Фото: Стас Юрченко, Ґрати

– Хорошо, а то, что говорят, что у вас квартира после убийства появилась?

– Согласно действующему закону, мне дают квартиру возле рынка Юность. Когда-то станция метро Комсомольская, Пионерская.

– Сейчас Черниговская, Лесная.

– А мои замы хотели передо мной прогнуться. И когда я уехал в командировку, они пошли в исполком и поменяли мою квартиру. Мою квартиру на Миропольской сдали, а на бульваре Леси Украинки дали. Мне дали квартиру, как простому офицеру. В этом же доме дали и другим пяти сотрудникам.

– Вы единственный свидетель, который еще жив, в здравом уме и который знает…

– О. Видишь, как ты мне приятно сказала… Почему Кравченко убили? Он меня просил уехать. Может, ошибусь… Кажется, в 1999 году даже жена посла Израиля говорила о том, что его хотели убить. А где и кто, это будет серия номер два и три.

Комментарии